Деловой квартал / Новости / «Ни разу не видел, как умирают бюджетные организации», — Александр Колотурский
«Ни разу не видел, как умирают бюджетные организации», — Александр Колотурский
Автор фото: Игорь Черепанов. Источник: DK.RU

«Ни разу не видел, как умирают бюджетные организации», — Александр Колотурский

11.02.2016 13:46

«Почему в бизнесе, если фирма не провела вовремя реструктуризацию, она умирает? А любое госучреждение об этом и не думает». Директор филармонии — о том, как научить культуру не надеяться на госбюджет.

  • Поделиться
  • Поделиться
  • Твитнуть

Александр Колотурский, директор Свердловской филармонии:

— Многие говорят: да какой у вас бизнес, вы же некоммерческая организация! В сознании у людей почему-то такое, что бизнес – это только то, что относится к коммерческим структурам. А на самом деле различие фактически одно. Коммерческие предприятия получают прибыль и делят ее в зависимости от формы собственности, некоммерческие тоже получают прибыль, но не делят ее. Вот и вся разница. А бизнес-процессы на 100% одинаковые.

От непонимания, что у нас те же процессы, что и в бизнесе, рождаются мифы. Первый – что руководитель учреждения культуры ни за что не отвечает, вся ответственность – на учредителе, т.е. государстве. И второй: бюджетная организация и эффективность – вещи несовместимые.

Впрочем, может и так. Я видел, как легко рождаются бюджетные организации! Но я не видел ни одной, которая бы умерла. И это страшно.

В Советском Союзе была создана великая управленческая система культуры и искусства, великая. Вся отрасль относилась к разряду идеологии. Не к услуге, как сейчас, а к идеологии. Под это дело были созданы базисы – идеологические, структурные, технологические, экономические – любые, и все это давало возможность работать так, как это надо для развития. Отсюда наши достижения в искусстве, которые во всем мире ценятся. Плюс эта система поддерживала определенный статус, престиж профессии в обществе. И уровень зарплаты тогда был равен или выше средней в экономике.

Когда я пришел в филармонию в 1989 г., концертмейстер в оркестре имел зарплату 210 руб., а я, директор, 240 руб. Средняя тогда была в районе 130-140 руб./мес. - столько или чуть больше получали музыканты в оркестре.

Вот эти два условия – идеология и престиж – держали на плаву все искусство. Вплоть до перестройки.  

Что произошло в начале 90-х? Первый выбитый камень – монополия. Прошла реформа, и из филармоний в свободное плаванье ушла вся эстрада, за счет прибыли которой раньше держалось искусство. Экономика полностью оголилась. Перед государством встала дилемма – или сокращать нас, или вкладывать. Выбрали второе. И если в 1989 г. доля государства в бюджете филармонии была 20%, то в 1994 г. она составила 86%!  

Второй крупный камень - ушла идеология. Все стало услугой. В результате потеря престижности, зарплаты стали на 50% ниже среднего. Кто пойдет сюда, кто детей своих отдаст?

И самое страшное, что технологическая деятельность, управленческая структура филармонии остались прежними. Государство как учредитель не провело реструктуризацию, как это произошло в бизнесе, считая, что или ничего не изменится, или рынок разберется. 

Недавно президент Путин собирал совещание. Говоря про  науку, он отметил, что  всего лишь 10% научных институтов у нас в стране эффективны. И что именно  их и надо поддерживать. Наверное, и в культуре так же. К сожалению,  на уровень господдержки результаты деятельности, прежде всего экономической, не влияют.

Почему в бизнесе, если фирма не провела вовремя реструктуризацию, не внедрила современные технологии, то она умирает? А любое госучреждение об этом и не думает – что бы вы ни делали, вас все равно будут содержать.

В Союзе все было регламентировано и централизовано, не было никакого рынка. Цена билета фиксирована, главное – «вырвать», «достать».

Во всех СМИ шла пропаганда искусства. Сейчас что делается? Вот только недавно, в прошлом году, указом Президента утверждены  «Основы государственной культурной политики». И то это пока просто документ, даже стратегия не выработана. Но зато в этом документе четко определено, что культура – это идеология, а не услуга. Вот стратегия появится, и в нашем государстве будут реализованы «Основы…»,  может тогда, лет через десять, культура займет достойное место в обществе.

По своей организации мы к коммерческих предприятиям находимся ближе, чем все другие типы учреждений культуры. Потому что мы каждый день создаем новый рыночный продукт, который должны продвинуть и продать.

Мы 24 часа в сутки работаем. В отличие от других учреждений. На днях пришел к коллегам, хотели на их площадке  поработать. «Когда, говорю, мы можем попробовать звук, сцену? Давайте в понедельник, у вас же как раз выходной». А мне отвечают: «Как – в понедельник? Мы не можем, у нас выходной». Очень меня это резануло. У нас подобных вопросов даже не возникает, круглые сутки идет процесс. Мы как домна – если хочешь получить чугун, домна должна плавить все время.

Конечно, продукт у нас специфический. Творческий. И спрос другой, не как на чугун. Во всем мире в концертные залы ходит всего 1-5% населения. Немного найдется фирм,  которые работают на такой спрос! Поэтому вырабатываем определенные технологии. 

Было бы гораздо лучше, если бы все культурные учреждения организовали свои бизнес-процессы. Ведь что такое бизнес? Это получение прибыли. Мы на это нацелены, другие – сомневаюсь.

Возьмем бюджет. Наши доходы формируются из трех источников: государственная субсидия, собственные продажи и благотворительные средства. А дальше будь добр, обеспечь такой процесс, чтобы была прибыль. И мы, кстати, платим налог на прибыль - 20%, это немалые суммы, миллионы рублей. Налог на землю также платим.

В филармонии с 1993 г. все творческие работники – 250 человек - на срочных трудовых контрактах. Не так много таких же организаций  в нашей сфере.  Плюс мощная юридическая служба, мышь не проскочит. Мы не проиграли ни одного суда, отстояли свои права даже у РАО.

Как-то в обществе сложилось, что помогать надо сирым и убогим. А мы не детский дом и не благотворительная организация. Еще в советские времена тезис был – «искусство принадлежит народу». Потому что рубль в академическом искусстве не играл роли. Вся академическая музыка была убыточной и существовала только за счет сверхдоходов эстрады.

Почему-то считается, что искусство – это по расходам недорого. Мне раньше часто звонили: «Дай мне пригласительный, что тебе, жалко, что ли?» Позвольте – какой пригласительный? Билеты в кассе, иди и покупай. Ты же когда идешь в магазин, тебе не дают кусок колбасы бесплатно. А почему я должен? Это же мой товар!

Искусство - очень дорогое удовольствие. Оркестр такого уровня, как в Екатеринбурге, в Европе может содержать только очень богатая страна и очень богатый город.

А у нас, к сожалению, несмотря на существенную поддержку государства, без спонсорских средств обойтись очень трудно.

В 2005 г. у нас был идеальный бюджет: 50% вкладывало государство, 32% зарабатывали мы сами и 18% - средства спонсоров. Сейчас соотношение изменилось – 72% государство, 27% - собственные доходы и 1% благотворительность (фандрайзинг). Почему так упала доля спонсоров? Не только потому, что мы стали меньше привлекать благотворительных средств для нашей деятельности, но и потому, что объем государственной поддержки и собственных доходов вырос. Но средств явно не хватает, и мы не можем обойтись без спонсорской помощи. Именно за счет благотворительности мы в основном приобретали музыкальные инструменты и приглашали выдающихся музыкантов.

До 2005 г. наш оркестр финансировался как любой другой творческий коллектив - и ни копейкой больше. На творческое развитие категорически не оставалось. Именно в то время сформировалась мощная команда бизнесменов, которые поддерживали и поддерживают филармонию и сегодня. И вот за этим столом собрался штаб, обсуждали, кто какую роль на себя возьмет, кто с кем встретится и поговорит. И вот они в течение двух месяцев ходили, доказывали, объясняли, лоббировали интересы оркестра. Я-то подойти к губернатору или другим чиновникам не могу, а они могли. И убедили: субсидии на оркестр сразу были увеличены в два раза. И весь наш бюджет перераспределился – доля государства выросла, а фандрайзинга - упала.

Меня вопросы фандрайзинга всегда волновали. В 1994 г. ездил я на стажировку в Америку. Привели нас к одной даме, такая бизнес-вумен в Совете попечителей оркестра, офис в небоскребе. Я задаю вопрос: «А что вами вообще движет? Зачем вам это надо – так много делать для оркестра?». Она задумалась и говорит: «Мной движет только одно – чувство ответственности перед людьми, рядом с которыми я живу».

Чтобы такое чувство появлялось, нужен определенный уровень развития общества. У нас все еще идет период накопления капитала.

А у них уже другое, они уже думают – ну хорошо, у меня есть деньги, дальше-то что? Я с ними умирать буду что ли? И поэтому они вкладывают в культуру.

У нас тоже потихоньку появляются такие примеры. Екатеринбургу нужен новый большой филармонический зал на 1700 мест. В городе есть люди,  которые это понимают, которые готовы  участвовать и организовывать сбор средств для строительства. Потому что так они оставят память о себе: это мы сделали, это для общества важно. Здание Оперного театра кто поставил? Екатеринбуржцы, которые понимали, что с собой богатство не унесешь.

Любой фандрайзинг имеет свои законы и правила. Если удается по ним работать, то есть результат. В нашем обществе не удается. Потому что это Россия. Потому что в нашем менталитете искусство – это не вещь первой необходимости.

В обществе должны быть некие правила, восклицательные знаки, которые говорят, что это надо, полезно для общества. У нас же все смотрят на власть. Когда власть понимает это,  то и результат больше. И наоборот. 

Фото: Игорь Черепанов, DK.RU

Автор: Селезнева Ольга
Публикации по теме
  • Поделиться
  • Поделиться
  • Твитнуть
Самое важное о бизнесе. Каждое утро на вашей почте
Добавить комментарий
Система Orphus
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter.

Комментарии на ДК

  • Владимир Быков 11.02.2016 в 18:01

    Статья Ольги Селезневой с размышлениями и воспоминаниями об искусстве в годы СССР Александра Колотурского просто не могли не обратить меня к аналогичным воспоминаниям о послевоенных годах во времена моей учебы в институте. Вот они.

    В конце 40-х годов, была необыкновенная, но вполне объяснимая мода на все, что было связано с исскуством и культурой. В свердловчан были влюблены, кажется, все знаменитости. Выступления Гилельса и Ойстраха, Иванова и Лисициана, да и собственного оркестра филармонии под управлением Павермана пользовались громаднейшим успехом. Царило послевоенное воодушевление. Вошло почти в норму после второго – третьего выступления на «бис» всем в зале вставать и слушать стоя. На фортепьянном концерте в то время мало известного пианиста Мержанова, бывшего в неописуемом угаре очарованности не то кем-то персонально, не то всем Свердловском, зал стоял целый час. На Лисициана мы бегали смотреть за кулисы и он демонстрировал нам, расстегнув рубашку, работу своей диафрагмы. Не меньшее восхищение у меня осталось от свердловских театров с Глазуновой, Китаевой и Вутирасом, Емельяновой и Мареничем, Ильиным и Максимовым. Посещение любого спектакля с их участием воспринималось большим событием. В помещениях театров чистота и порядок, обслуживающий персонал сверх любезен, публика празднично одета. В буфетах самое лучшее, что можно сыскать в городских магазинах. Это был своеобразный послевоенный гимн Страны Советов.

  • Селезнева Ольга 12.02.2016 в 10:10

    Владимир, так хорошо вы передали эти эмоции, будто сама на этом выступлении побывала :) Спасибо вам, что читаете и что традиционно не остаетесь равнодушным к нашим материалам.

НОВОСТИ РОССИИ
Наверх
Чтобы пользоваться всеми сервисами сайта, необходимо авторизоваться или пройти регистрацию.
  • вспомнить пароль
Вы можете войти через форму авторизации зарегистрироваться
Уведомление об успешной регистрации будет отправлено на указанный email
  • Укажите ваше имя
  • Укажите вашу фамилию
  • Укажите E-mail, мы вышлем запрос подтверждения
  • Не менее 5 символов
Если вы не хотите вводить пароль, система автоматически сгенерирует его и вышлет на указанный e-mail.
Нажимая кнопку «Зарегистрироваться»,
Вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения
Вы можете войти через форму авторизации
Каждое утро на вашей почте
Следите за нашими новостями: